Химия Украины и мира

Украина: Аммиак ПАО “Укрнафта” ушел в Женеву

“Эффективная” реализация природного газа еще раз сигнализирует о необходимости срочной смены менеджмента “Укрнафты”.

Об “Укрнафте” обычно говорят в контексте нефти – это действительно крупнейшая нефтедобывающая компания страны. Но она же является и третьим по величине добытчиком природного газа, о чем вспоминают гораздо реже. Куда идет этот газ и почем продается? В поисках ответов на эти вопросы мы нашли еще один мощный канал вывода средств из “Укрнафты”.

С 2003 г. “Укрнафтой” управляет группа “Приват”, хотя государству принадлежит 50% акций этой компании. Сам Игорь Коломойский поведал на камеры, что за возможность «порулить» компанией он платил Виктору Пинчуку, зятю Леонида Кучмы, $5 млн. в месяц. Из собственных источников известно, что этот принцип имел место и при всех последующих президентах и премьерах. В итоге за 15 лет добыча нефти по “Укрнафте” упала в 2,1 раза, газа – в 3 раза. Но и 1,1 млрд. кубометров, поднятых добытчиком в 2017 г., – это 5,3% в общей национальной добыче газа.

Вопросы начинаются сразу. Из годового отчета “Укрнафты” за 2017 г. следует, что компания продала всего 22,87 млн. кубометров, или 2% годовой добычи. За это она выручила 48,4 млн. грн., или по 2500 грн./тыс. кубометров. Для сравнения: среднерыночная цена в прошлом году была 7850 грн. (с НДС). Потери составили 122 млн. грн. Куда делось более 40% добытого газа, или 481 млн. кубометров рыночной стоимостью 3,2 млрд. грн., компания не сообщает. А это крайне интересно, учитывая, что прибыль “Укрнафты” составила всего 444 млн. грн.

Не менее интересна и сложна и судьба 55% газа “Укрнафты”, или 597 млн. кубометров, которые ушли на завод “ДнипроАзот”, где компания арендовала цех по выпуску аммиака.

Вершки и корешки. Это предприятие в Каменском принадлежит Игорю Коломойскому с партнерами. Арендный договор с заводом был подписан в 2011 г. Ощущение утечки денег “Укрнафты” через этот шлюз было всегда. Новый глава компании Марк Роллинс заговорил о необходимости сломать эту схему сразу после своего назначения осенью 2015 г. Видимо, чтобы малость усмирить еще “необъезженного” британца, “ДнипроАзот” в 2016 г. временно прекратил платить “Укрнафте” за аммиак, подвесив долг в 1 млрд. грн.

“Миллиардная задолженность перед ПАО “Укрнафта” была рассрочена и продолжает погашаться только благодаря усилиям коллектива предприятия и полученным доходам от текущей производственной деятельности”, – успокоил общественность и Роллинса “ДнипроАзот”. Понятно, что в таких условиях уже не до расторжения контракта. Роллинс заговорил об “огромных санкциях”, которые последовали бы в случае досрочного расторжения договора с “Приватом” (с “ДнипроАзотом”). И предпочел ждать окончания срока его действия – до начала 2018 г. Но насколько эффективно сработал “независимый” менеджмент “Укрнафты” в этих условиях?

Немного о механизме этой схемы. Добытчик арендует цех синтеза аммиака, поставляя ежемесячно в среднем 50 млн. кубометров своего газа и получая из них около 45 тыс. т товарного аммиака. По имеющимся данным, ежемесячная арендная плата составляла в 2017 г. 10 млн. грн., еще 10-15 млн. грн. в месяц уходило на эксплуатационные затраты. Таким образом, абсолютно все издержки, связанные с производством аммиака, несла “Укрнафта”. В дальнейшем весь полученный аммиак полугосударственная компания продавала тому же “ДнипроАзоту”, который производил из него основную товарную продукцию – карбамид.

Выход есть всегда. Даже если вас съели, у вас есть два выхода – гласит народная мудрость. У “Укрнафты” таких выходов было даже больше. В 2017 г. компания произвела 533 тыс. т товарного аммиака и продала его “ДнипроАзоту” по средневзвешенной цене 5220 грн./т ($195,9/т, без НДС). Насколько эта цена адекватна? Абстрагируемся и представим, что мы – по-настоящему независимый и профессиональный менеджмент “Укрнафты”, которому в наследство достался договор с “ДнипроАзотом”, и мы ищем возможности сработать максимально эффективно, то есть продать аммиак подороже. Для начала мы бы обратили внимание на цены внутреннего рынка. По данным агентства “Хим-Курьер” (Днепр), в 2017 г. средняя цена аммиака на внутреннем рынке была $298/т, или в полтора раза выше “укрнафтовской”. Расчетная упущенная выгода составила $54,6 млн., или 1,46 млрд. грн. (без НДС). Конфуз заключается в том, что свою котировку “Хим-Курьер” во многом строил на данных самого “ДнипроАзота”. То есть сам завод предлагал аммиак на рынке в полтора раза дороже, чем покупал его у “Укрнафты”.

Правда, необходимо отметить, что вряд ли “Укрнафта” могла бы продать свои 40 тыс. т в месяц по такой цене – уж очень большой объем. Но какой бы индикативной ни была эта котировка, 33%тный дисконт – очень много для любой отрасли. Но аммиак “ДнипроАзоту” все равно нужен для производства карбамида. Альтернатива “Укрнафте” – только импорт. Поэтому логично привязаться к импортному паритету, как это сделало государство для определения цен на нефть “Укрнафты”.

Итак, в 2017 г., по данным Госстата, 440,3 тыс. т аммиака было импортировано в среднем по $280/т. Если бы менеджмент “Укрнафты” пошел таким путем, заработал бы на $45,2 млн. (1,205 млрд. грн., без НДС) больше, чем вышло по факту. В реальности эта сумма была бы еще больше, так как таможенная статистика отображает цену на границе, а довести груз до Каменского стоило бы минимум $10/т. И мы как менеджмент, который борется за максимальную цену, абсолютно обоснованно включили бы это в цену для “ДнипроАзота” и заработали бы еще $5,33 млн.

“Не нравится импортный паритет? Давайте привяжемся к экспортному паритету”, – продолжили бы мы искать варианты ценообразования. Не хочет покупать “ДнипроАзот”, мы всегда можем уйти на экспорт. Благо, и котировка в порту “Южный” есть. Такой подход с учетом затрат на транспорт и перевалку дал бы “Укрнафте” на $22,6 млн. (610,4 млн. грн., без НДС) больше, чем она получила в 2017 г. Но это “голая котировка”, а если взять фактические экспортные цены на аммиак, по данным Госстата, то результат был бы на $49,4 млн. (1,333 млрд. грн., без НДС) больше.

А теперь представим, что мы – совсем крутой менеджмент “Укрнафты”. Почти как в “Нафтогазе”, который не побоялся “Газпрома”, прекратил у него закупки газа в 2014 г. и пошел в суд. А ведь был риск потерять почти $80 млрд. И вот если бы мы были такими же мощными, как Андрей Коболев, мы бы телеграфировали в Женеву: “Коломойскому И. В. Срочно. Договор с “ДнипроАзотом” ставим на паузу”. А что, может, у нас ремонт в цеху по синтезу аммиака?

И вот тогда бы мы вышли на рынок, где у нас с руками и ногами оторвали бы наш природный газ за $150,2 млн., или 4 млрд. грн. А по факту в 2017 г. “Укрнафта” получила за аммиак $104,5 млн. (2,78 млрд. грн.). Отсюда еще следует вычесть около $18 млн. аренды, эксплуатационных затрат и транспорта магистральными газопроводами. Если бы мы были крутыми менеджерами “Укрнафты”, мы бы заработали на $64 млн., или 1,7 млрд. грн., больше.

Превращение из гадкого утенка в отважного Люка Скайуокера могло произойти в первом квартале 2018 г. Кабала с “ДнипроАзотом” заканчивалась 31 декабря 2017 г. Сразу нарисовался претендент на природный газ – НАК “Нафтогаз Украины”. Но Роллинс отказал, заявив, что согласился продлить договор с “ДнипроАзотом” до 1 апреля 2018 г. “на улучшенных условиях”.

Что в итоге? За свой газ в разгар отопительного сезона “Укрнафта” могла бы получить $70 млн. (2 млрд. грн.), а по аммиачной теме получила $30 млн. (840 млн. грн.), показывают официальные данные.

Договор с “ДнипроАзотом” 1 апреля 2018 г. закончился. Как и следовало ожидать, завод тут же остановился. Якобы на ремонт до июля. Это подтверждает версию о том, что полугосударственное предприятие, долг которого перед госбюджетом составляет 15 млрд. грн., в ущерб себе дотировало частный “ДнипроАзот” дешевым аммиаком. Динамика цен на аммиак в 2017 г. показывает, что никакой зависимости между ценами продажи “Укрнафты” и рыночными индикаторами не было. Видно другое: договаривались каждый месяц так, как было выгодно “ДнипроАзоту”, а не “Укрнафте”.

В апреле “Укрнафта” продала 8 млн. кубометров газа по рыночной цене на аукционе. Где остальные 75 млн. кубометров, почем проданы они и, что немаловажно, получены ли за них деньги – тайна за семью печатями.

А кто ответит за “подвиги” по продаже аммиака в 2017 г. и раньше? Непрофессионализм или саботаж менеджмента “Укрнафты” по работе с “ДнипроАзотом” в 2017 г. стоил добывающей компании от $22,6 до $63,9 млн. (0,61-1,7 млрд. грн., без НДС). Верхний диапазон отражает выгоду акционеров “ДнипроАзота”: именно столько им пришлось бы доплатить за газ, не будь “Укрнафты”.

“Эффективная” реализация природного газа еще раз сигнализирует о необходимости срочной смены менеджмента “Укрнафты”. Эти парни играют за Швейцарию, а не за Украину. Возможность взять ситуацию в свои руки “Нафтогазу” дал Лондонский суд. Он фактически аннулировал акционерное соглашение, которое “Приват” получил у Юлии Тимошенко в 2010 г. и которым прикрывался, как щитом. Блеснет ли световой меч Андрея Коболева как главы набсовета “Укрнафты”? (Сергей Куюн, Виталий Крижевский, Зеркало недели,/Укррудпром/Химия Украины и мира)

Exit mobile version