Двойная блокада Ормузского пролива – как США и Иран запускают топливный кризис
Мир без бензина. Иранская блокада Ормузского пролива дополняется американской. Расстановка сил у Персидского залива меняется. Стабилен лишь топливный кризис в мире.
Если верить заявлениям Дональда Трампа в его соцсети Truth Social, то иранский флот уничтожен практически полностью – потоплены 158 кораблей, уже начинается восстановление судоходства. В пролив направлены тральщики для разминирования, а 13 апреля через Ормузский пролив прошли 34 судна – рекорд с начала блокады. Даже после перемирия Иран пропускал лишь около 15 судов в сутки.
Но, по другим заявлениям – и снова президента США, американцы закрыли вход и выход всех иранских портов для всех судов и кораблей. Сначала мир лишился нефти из Саудовской Аравии и ОАЭ, теперь возникнет дефицит иранской нефти.
Так или иначе, американо-иранский конфликт сильно бьет по топливному рынку. По данным МЭА, в марте 2026-го добыча нефти странами ОПЕК упала по сравнению с февральскими показателями на 30% до 21,07 млн. баррелей в сутки. А в рамках ОПЕК+ добыча упала на 19% до 35,24 млн. б/c. И Иран весь март играл важную роль, добывая 3,63 млн. баррелей в сутки – это 10,3% от всей добычи ОПЕК+: США тогда сделали исключение и временно освободили иранскую нефть от санкционных ограничений.
Дефицит топлива на карте мира.
Австралия. Одними из первых физический дефицит топлива ощутили на себе жители Австралии. К 25 марта около 100 АЗС остались без бензина. Реакция местных властей – двукратное снижение акцизов на бензин, что при заправке машины на 65 л должно дать экономию около 19 австралийских долларов (около 1000 рублей). А еще для сокращения потребления топлива австралийское правительство запустило за $20 млн. рекламную кампанию, призывающую людей пересаживаться с личных машин на общественный транспорт и велосипеды.
Если в начале марта средняя стоимость литра бензина составляла $1,77-1,8, то к 14 апреля цены в крупных городах поднялись до $2,03-2,12 за литр, а в отдаленных регионах – $2,4-2,5/л даже с учетом сниженного акциза.
Филиппины. 24 марта президент Филиппин Фердинанд Маркос ввел режим ЧС из-за дефицита топлива в стране: запасов топлива оставалось только на 45 дней. К концу марта закрылись 425 АЗС, а местные авиакомпании стали отменять рейсы.
Для снижения потребления часть офисов перевели на четырехдневный рабочий график, а в госучреждениях стали отключать кондиционеры для экономии энергии. Но главное – филиппинские власти одними из первых заявили, что воспользуются генлицензией США на покупку российской нефти с танкеров. И воспользовались – поставка из РФ составила 2,4 млн. баррелей нефти. Исключение действовало до 11 апреля, теперь министерство энергетики добивается получения еще одного разрешения для диверсификации поставок.
Шри-Ланка. Топливный кризис идет по многим азиатским странам. В Шри-Ланке на фоне взлета мировых цен на нефть бензин подорожал на 35% (сейчас топливо примерно на четверть дороже, чем в начале марта), власти были вынуждены ввести квотирование продаж по QR-кодам: для частных пользователей полагается 15 литров топлива в неделю (аналогичная мера была предпринята в Бангладеш). Госсектор перешел на четырехдневную рабочую неделю.
Пакистан. Пакистан стал одним из лидеров по росту цен на бензин в мире – в марте топливо подорожало примерно на 20%, а 4 апреля власти объявили шоковое повышение цен на 43%. Итого совокупный рост цен относительно начала марта составил порядка 72%.
Из-за этого стоимость транспортных услуг выросла на 20-65% и вспыхнули массовые протесты. Властям пришлось принимать экстренные меры: за счет снижения налогов стоимость литра удалось опустить примерно на 17%, мотоциклистам субсидируют примерно четверть затрат на покупку бензина. А ради экономии бюджетных средств министров на полгода оставили без зарплат.
Таиланд. В Таиланде сложилась особая ситуация. Физического дефицита нефти в этой стране не возникало, но государственное субсидирование топлива привело к тому, что тайский бензин оказался значительно дешевле малазийского – сформировался нелегальный вывоз горючего в соседнюю страну.
А ожидания роста цен стали причиной ажиотажного спроса со стороны потребителей. В результате дефицит Нефтяного фонда, стабилизирующего розничные цены на топливо, достиг 50 млрд. батов (118 млрд. рублей), цены на бензин пришлось разом повысить примерно на 20%.
Ирландия. Среди европейских стран сильнее всего топливные проблемы ощутили на себе жители Ирландии. Все началось с того, что в марте цены на дизель выросли на 18%, а с 7 апреля начались массовые протесты дальнобойщиков, таксистов и фермеров.
Водители заблокировали единственный НПЗ Whitegate в Корке. Из-за это возник искусственный дефицит топлива: треть АЗС остались без бензина и дизеля.
На этом фоне власти были вынуждены за счет налогов и акцизов снизить цены на 0,27 евро на бензин и на 0,22 евро на дизель. Также выделили 100 млн. евро на поддержку фермеров и рыбаков.
Как топливные кризисы меняют экономику. Мир уже знает, как топливные кризисы могут перевернуть все с ног на голову. Наглядный пример – кризисы 1973 и 1979 годов. В первом случае западный мир столкнулся с последствиями арабо-израильского конфликта – “Войны Судного дня”. Тогда арабские страны ввели эмбарго против США, Канады, Великобритании, Нидерландов и Японии – цены на нефть выросли в четыре раза (с $3 до $12 за баррель).
Второй удар нанесла исламская революция в Иране и последовавшая Ирано-Иракская война: нефть подорожала до $30-40 за баррель. Все это привело к уникальному экономическому явлению. В середине 70-х спад промпроизводства на 14% сочетался с ростом инфляции на 9-11% и повышением безработицы до 9%.
Лучшим демонстратором происходящих перемен стал американский автопром. Если раньше на рынке США доминировали полноразмерные американские автомобили с моторами объемом 5-7 л, то конце 70-х в лидеры вырвались компактные и экономичные японские машины: такие как Toyota Corolla и Honda Civic. Автомобильная столица США – Детройт – потеряла около 200 тыс. рабочих мест. Топливный кризис стал концом эпохи классических американских машин.
Топливные кризисы тогда и сейчас. Но пока ситуация в 2026 году сильно отличается от топливных кризисов 70-х. Сейчас сырьевой рынок намного более сбалансированный, добывающая промышленность ощутимо быстрее реагирует на возникающие перекосы. Из-за этого цены на нефть растут не в разы, а только на десятки процентов.
Дефицит топлива сейчас возникает в основном из-за временного ажиотажного спроса, а не из-за фундаментальной нехватки нефти. И большинство проблем сконцентрировано не в лидирующих экономиках, а в странах юго-восточной Азии. К тому же мировой автопром и без топливного кризиса давно взял курс на топливную экономичность и гибридизацию машин.
Что будет дальше – во многом зависит от действий Дональда Трампа и других участников конфликта.