Минфин планирует ввести налог на сверхприбыль для ряда добывающих компаний, куда относятся и производители удобрений. Официально законопроект еще не представлен, но есть ставка (30%), общие понятия и ряд вопросов.
Первый – кто попадает под законопроект. В формулировках Минфина фигурирует понятие “твердые полезные ископаемые”, к которым сами удобрения не относятся. Безусловно, производители минеральной продукции добывают руду, но от нее до конечного продукта еще целый завод и ряд химических процессов. По сути это продукт переработки. Тогда цена чего берется за основу – исходного сырья или готового удобрения? И что делать компаниям, которые вообще не ведут добычу?
Второй – что признают за допдоходы. Ставка для производителей удобрений известна – 30%. А вот от чего она рассчитывается, неизвестно. И тут есть три варианта:
– от подорожания исходного полезного ископаемого – фосфатная руда в долларах в 2026 году прибавила немного, в рублях даже подешевела. Цена конечного хлоркалия колебалась несильно, в рублях – почти не изменилась. Производители азотных удобрений используют газ, который к твердым полезным ископаемым не относится. Получается, дополнительного дохода нет и платить почти нечего;
– от цен на конечную продукцию – если брать этот рост, платят все. Больше всех – производители азотных удобрений, потому что именно азотная группа подорожала сильнее остальных: карбамид прибавил около 45% в долларах (примерно +37% в рублях), фосфорные удобрения – около 8,5%, хлоркалий – порядка 1%;
– от прироста финансового результата к 2025 году – тут вообще почти никого не остается. У “ФосАгро” прибыль за полугодие упала в четыре раза, у “Акрона” – на 14%, у “Уралкалия” – в два раза. Выросла только у ГК “Азот”.
Третий – кто в итоге заплатит и сколько. Тут можно только прикинуть.
“ФосАгро” – если налог считают по цене продукции, компания платит примерно 9-10 млрд. руб., это около 8% годовой EBITDA. Если по приросту прибыли – не платит ничего, потому что прибыль не выросла, а рухнула. Если по цене руды – тоже ничего, потому что фосфатная руда в рублях не подорожала;
“Акрон” – порядка 12-13 млрд. руб. по цене продукции (около 14% годовой EBITDA). По приросту прибыли – ничего. По цене руды – есть вероятность заплатить, но немного, так как добывающий сегмент дает ему лишь 13 млрд. руб. выручки из 113 млрд. руб.
ГК “Азот – по цене продукции может заплатить более 7 млрд. руб. (около 12% годовой EBITDA). По приросту прибыли тоже, так как она выросла. По цене руды – ничего не платит, так как ничего не добывает.
“Уралкалий” – рублевая ценовая дельта по калию составила примерно 1%, поэтому по цене руды компания может заплатить около 1 млрд. руб. Прибыль рухнула – ничего не платит.
Прикидку по “ЕвроХиму” и “Уралхиму” сделать не получилось, так как у компаний нет актуальных данных по финансовой отчетности.
Все это – короткий анализ с существенными упрощениями. Пока в разрабатываемом законопроекте есть ряд непонятных моментов, таких как неопределенность объекта налогообложения, внутренняя неоднородность отрасли производства удобрений и зависимость налоговой базы от валютного курса.
Сюда же можно отнести несоответствие цели и реальности – налог на сверхдоходы вводится в момент, когда сверхдоходов нет, а прибыль падает.